Гололед? Отстегните ремень и садитесь назад

— говорит Джереми Кларксон, переводит AgentDen

Оригинальная статья: «Icy roads? Undo the seat belt and get in the back» (thesun.co.uk)

Приветствую вас в южной Испании, где женщины имеют оранжевый загар, а мужчины подозреваются во всех грехах. К сожалению, я прибыл сюда не для того, чтобы жарить себе трудноперевариваемую яичницу, или заниматься любовью с молоденькими леди. Я здесь для того, чтобы отснять материал для моего нового ежегодного DVD, а это значит, что я нахожусь на гоночном треке Ascari, прямо на выезде из городка Ронда.

Построенный в качестве игровой площадки одним голландцем, трек извивается и устремляется вниз на протяжении пяти километров, и великолепен в каждом своем проявлении. Особенно мне нравится бассейн, в котором можно охладиться после жаркого круга. И официантки в баре. И погода. Но больше всего мне нравятся машины, доступные в нашем распоряжении.

Позвольте разбудить в вас чувство зависти. Прямо сейчас, за стенкой гаража, в котором я пишу эти строки, припаркованы Murciélago SV, Gallardo 560, Jaguar XKR с откидным верхом, Lotus Evora, у которой хорошо получается выводить меня из себя беспричинно срабатывающей каждые пару минут сигнализацией, BMW M3, Vauxhall VXR8 Bathurst, Aston Martin V12 Vantage, Ford Focus RS и Audi R8 V10. У каждой полный бак. Каждая готова к поездке. Трасса свободна. Я здесь единственный водитель. И у меня большая связка ключей, лежащих прямо передо мной. Словно пакетик сладостей, только лучше.

На какой из них вам больше всего хотелось бы прокатиться по треку? Для меня это Aston. Это то, что гонщики Формулы-1 называют «отточенным», а я называю «маленьким засранцем с шилом в заднице». Короткая колесная база и широкая колея в сочетании дают дичайшую точность, но одновременно и дичайшее виляние задницей, если отвлечься на мгновение. Но все равно весело. Даже веселее, чем в чокнутом Vauxhall с австралийским саундтреком.

Но вот в чем дело. Для повседневных поездок из моего отеля до трека в Ронде, а так же для вечерних «выбраться куда-нибудь» в прибрежном Ромфорде, или Марбелье — как привыкли называть его сами испанцы, я брал с собой Jaaaaaag.

Отчасти потому, что мне нравится эдакий потрепанный, невезучий образ всего, что связано с Ягуаром. Я говорю о человеке, никогда не имевшем проблем с банком или лизинговой компанией, лишь легкое «недопонимание». О человеке, в одну минуту имеющим большой дом с бассейном, а в следующую — разлеживающимся на твоем диване по причине «небольшой проблемки» с налоговой. Владельцы Ягуаров — милые люди. Они забавные. Они воспитанные. Не будем забывать, что Артур Дейли всегда снимал шляпу перед леди.

Другая причина, по которой я постоянно брал XKR — это потому что он чертовски красивый. Пожалуй, ветровое стекло имеет слишком вертикальный наклон, и передние фары напоминают о Hyundai, и такое ощущение, что они слишком зацикливались при его разработке. Но беспокоиться о таких вещах так же глупо, как о родинке Синди Кроуфорд.

В качестве гоночного авто, другие имеющиеся здесь машины конечно уделывают его по всем параметрам. Lambo более цепкие, Audi более предсказуемые, Vantage на порядок быстрее, а хулиганом можно быть и за рулем Vauxhall или Ford. Но если вы ищите одну единственную машину, сочетающую в себе все эти качества: цепкость, мощность и управляемость, то скорее всего вы тоже выберете Jag. На нем можно даже похулиганить, если направить нос в поворот и дать педали газа пинка.

Большая часть меня хочет купить себе XKR. Я бесповоротно влюблен в него. Особенно в матерчатую крышу, которая напоминает тебе, как же неуклюжи металлические альтернативы. Вандалы? Да, будут вертеться вокруг, но до тех пор, пока я не приду к власти, потому что тот, кто покушается на чужую машину, непременно будет сожжен на костре. На глазах у своих родственников.

В итоге, превосходная, великолепная машина — на пять из пяти. За исключением одной детали. Она была создана для вас. Не для меня.

Вам понравится сенсорный экран бортового компьютера. Мне нет. Вам понравится возможность выбора из четырех скрин-сейверов. Как по мне, то это глупо. Вам понравятся кресла. Меня они ставят в сомнение. И так далее.

К счастью, у меня есть идея. Так же, как Ллойд Гроссман изобрел рецепт соуса, удовлетворяющего его нужды, я хочу предложить свои услуги Ягуару, чтобы разработать специальную «гроссмановскую» версию XKR. Единственное, что мы не сможем назвать ее «Ллойд Гроссман», потому что это будет глупо. Назвать ее «Джереми Кларксон» мы тоже не можем, потому что Джереми — самое дурацкое имя на свете. А Кларксон — звучит скучно. На самом деле, над названием я еще не думал.

Но подумал обо все остальном. Для начала, возьмем кресла. Они чрезвычайно удобные, а количество регулировок гарантирует, что каждый настроит водительское место под себя. Но они уродливые. Спинка слишком большая. А подголовник слишком маленький. В моей версии их заменят кресла Recaro.

Задняя часть салона так же подвергнется изменениям. Я знаю, что ягуаровцы не могли продать старый XK в Америке, когда тот был двухместным, но потом они запихнули туда скамейку, и к ним пришел успех. Но это потому, что американцы тупые, и не могут осознать, что эта скамейка не могла вместить ни одну форму жизни, разве что амебу.

В моей «гроссмановской» версии задние сиденья будут заменены на облегченную, покрытую ковром полку. Еще на ней будут хромированные направляющие, чтобы чемоданы не исшаркали ее.

Цвет? Оливковый металлик, который раньше можно было заказать на Range Rover, пока они по глупости не убрали его из списка доступных цветов. Хотите синий? Сомневаюсь. Черный? Не-а. Коричневый? Может вам лучше взять Peugeot?

Что еще? Я поставлю новую панель приборов из Range Rover, рожденную в киберпространстве, а все пищалки, говорящие мне захлопнуть дверь, или прекратить сдавать назад, или пристегнуть ремень, будут сняты и засунуты в задницу Гордону Брауну.

Потом выхлопная система. Я в курсе, что звук, издаваемый всеми современными спортивными машинами — фальшивка. Акустическая настройка в наши дни является значимой частью разработки автомобиля. Там есть такие клапаны, полости и Бог знает что еще, чтобы после 3000 оборотов в минуту, когда люди из Еврокомиссии по снижению шума уже упакуют свои микрофоны и отправятся домой, тихое гудение перерастало в невероятный рев.

Проблема в том, что звук Ягуара, получаемый таким образом, звучит фальшиво. У него прелестное потрескивание, но для моей специальной версии нужен слоновий рев с заунывным стоном на верхах и насмешливое фырканье на красной отметке в духе Lambo. Машина как бы всем нутром будет говорить: «Пфф. И ради чего вытащил меня из гаража?»

Вы можете подумать, что с удерживающими сиденьями, громким выхлопом и уменьшенным рулем из алькантары я забыл упомянуть, что мне нужно больше спорта. Не совсем. Новый 5-литровый турбированный V8 идеален. Оставлю его в неприкосновенности. То же самое с автоматической коробкой. Но плавность хода я бы подкрутил.

Jag доказал, что знает свое дело. XFR ведет себя на дороге так, словно он — разжиревшая супермодель, но ощущается таким мягким, словно ему прочистили желудок, даже на бельгийских колдобинах. А вот XKR — нет. Он слишком солидный, а это недостаток для тех, кто уже прожил 49 лет и девять месяцев.

Я хочу, чтобы моя машина выглядела спортивной, чувствовалась спортивной и звучала спортивно. Я хочу быть уверен, что она умеет скользить, но большую часть времени я хочу от нее плавного движения.

Ни одно из тех изменений, о которых я говорил, не потребует от Ягуара больших усилий. Архитектура и основные компоненты останутся нетронутыми, но результатом будет машина, созданная для меня. И вот что удивительно, я могу поспорить, что вам она понравится больше, чем та, что сделали для вас.

Оригинальная статья: «Clarkson on: personalisation» (topgear.com)

Будучи читателем журнала Top Gear, вы словно пехотинец, часть огромной армии людей, чье причастное вино имеет октановое число и чья церковная скамья сделана из алькантары фирмой Recaro. Если конечно вы не читаете это в приемной у дантиста. В таком случае вы не пехотинец. У вас зубная боль, и я вам сочувствую.

Давайте на чистоту. Сейчас я не обращаюсь к людям, страдающим от зубной боли, или к тем, кто уже прочитал «Путешествуем с домом на колесах» и «В мире собак», и теперь пытается осилить журнал Top Gear, потому что либо он, либо инструкция на рвотном пакетике. Я обращаюсь к армии настоящих любителей машин, и новости для них не очень хороши.

Как обычно бывает с пехотинцами во всех войсках, они не в курсе о плохих новостях. Они остаются в неведении до тех пор, пока большой грязный снаряд не приземляется на их машину и не подрывает ее по первое число. Смысл в том, что вы под угрозой. Но вы об этом не знаете.

Как часть команды Top Gear, до меня доходят все сводки с полей. Перед глазами у меня оказываются пресс-релизы от ультралевых. Google шлет мне уведомления. Я прочитываю все жалобы, поступающие в BBC. Поэтому я в курсе всего, что нас может поджидать. А ждет нас Конец Света.

Таких людей, которые не любят автомобили, очень мало. Это парочка туристов, типы из организации «Друзья планеты», разный народ с благотворительными акциями о безопасности дорожного движения. Но от них лишь один шум, ими движет нужда. В отличие от нас, простых прихожан храма скорости, они посвящают свою жизнь тому, чтобы лишить нас всего. Сжечь наши церкви. Повесить наших лидеров. И не остановятся до тех пор, пока вы, я и все остальные не будем ездить на работу на рогатом скоте. Но самое грустное, что мы совершенно ничего не можем с этим поделать.

Я в самом деле уже вижу, когда вымрут суперкары, и когда гибридные эко-электро овощи, разрешенные для поездки до места работы, будут ограничиваться спутниками-шпионами до 30 км\ч. Я не предвещаю такое будущее через сто лет. Я вижу это через 20 лет. Или даже 10.

Вы можете возразить, что это все чепуха, и что сейчас Ferrari пребывает в крепком здравии. Несомненно. Как Bentley и Rolls-Royce. Все это потому, что они продают свои машины людям из России и Ближнего Востока. А это не продлится вечно.

Дело в том, что они не смогу остаться на плаву без Европы, которая сегодня жестко выступает против автомобилей, и Америки, которая с приходом Барака Обамы стала «зеленее», чем лужайка возле Белого дома. Он хочет сократить природные испарения, и поскольку он взялся за это всерьез, двигателям V8 придется исчезнуть. Не только из пикапов и внедорожников, но и из под капотов Ferrari и Maserati.

Извивайтесь как хотите, но ничего с этим сделать нельзя. Да, кучка шейхов задержит Ferrari на рынке еще на пару лет, но в конечном счете, без штата Калифорнии и графства Чешир, а значит с меньшей зависимости от нефти шейхов — все, что они будут производить у себя в Маранелло — это фирменные лосьоны после бритья и кепки.

И дело не только в рыночных силах. Если в наши дни проехать на очень дорогой машине по любому крупному городу Британии, то скоро на тебя обрушится поток ругательств со стороны бородачей и идиотов. Они уверены, что закон на их стороне, поэтому тычат своими костлявыми морщинистыми пальцами, плюют и стучат по твоей карбоновой крыше. Совсем недавно водитель такси — обычно единственный человек на свете, которому до вас нет никакого дела — отчитал меня за то, что я езжу на Range Rover. Если и дальше так пойдет, то число людей, готовых выдерживать такое, сократится до нуля.

Нет, правда. Когда Генри VIII объявил войну католикам, некоторые продолжали поклоняться Джонни Поупу, но после парочки показательных сожжений, это быстро прекратилось. Так же будет и с любовью к автомобилям.

И я еще даже не перешел к самой худшей проблеме из всех. К матерям погибших в ДТП.

Я могу разобраться с любым, чьи претензии к скорости и автомобилям подкреплены загрязнением окружающей природы. Они несут полную чушь, и статистика это только подтверждает. Так же я могу разобраться с велосипедистами. Они просто завидуют. Но невозможно сделать логичные доводы за свободное использование автомобилей, когда стоишь лицом к лицу с мамашей, чей ребенок был размазан по автобусной остановке каким-то имбецилом на «Корсе».

Борис Джонсон, как это обычно бывает, искусно попал в точку, написав недавно заметку для Daily Telegraph. Он объяснил, что часто получает жалобы о количестве светофоров в Лондоне, и что установка каждого такого светофора — результат митинга. И когда такой митинг проводится кем-то, чей ребенок попал под колеса, то муниципальному совету бывает чертовски сложно отвернуться и ничего не сделать.

Да, я могу продолжить рассказом о том, что смерти на дороге неизбежны, и что установка светофоров или пешеходных переходов на месте каждой аварии — совершенно нелепо. Но попробуй скажи это плачущему человеку.

Поэтому сложите вместе рыдающих матерей, тупых защитник окружающей среды, завистников и коммунистов, и вы получите небольшую, но мощную волну, против которой мы, армия, бессильны что-либо сделать. Не забывайте, что высота волны у того цунами под Рождество была небольшой, но смыло оно все подчистую.

Что у нас получается. Одна горюющая мама. Один человек с бородой. Щепотка Эла Гора, пытливая ненависть к богатым, и единственное, что я могу сказать в данном случае: лучше делайте заказ на Aston Martin V12 Vantage сейчас. А то боюсь, потом заказывать будет нечего.

Оригинальная статья: «Clarkson on: the end of it all» (topgear.com)

«Вы когда-нибудь пытались сдвинуть осла, которому хотелось стоять на месте? Да проще передвинуть Францию»

Как и большинство людей, я могу подсоединить провод к вилке и заменить колесо. Это просто. Но я не могу собрать кофеварку, которую разнес на мелкие кусочки этим утром, и не могу просверлить отверстие в стене. Любое дело, даже отдаленно связанное с трудностями — и я поставлен в тупик, вот почему, когда вчера я вернулся домой и обнаружил одного из моих ослов посреди дороги, я понял, что этот день ничем хорошим не кончится.

Вы когда-нибудь пытались сдвинуть осла, которому хотелось стоять на месте? Да проще передвинуть Францию. И что же делать? Если бросить надзор за дорожным движением и сорваться на кухню за спасительным яблоком, вы заранее знаете, что по возвращении Ума — так зовут ослиху — попадет в проезжающую машину через лобовое стекло.

И если не брать во внимание ту горечь, которую понесу я и родственники человека из машины — чью смерть сложно будет назвать достойной и легко постигнутой — придется заполнять множество бумаг и выслушивать множество суровых слов от полисмена.

Я взвешивал все это у себя в голове, в то время как появление шумного мотоцикла расшевелило Уму. К несчастью, это движение заключалось в пародировании Элвиса при помощи верхней губы и издавании ослиного крика в промышленных масштабах.

Со временем, на месте событий появились другие водители, и поскольку все происходило в сельской местности, где люди не обременены делами, все повылезали из своих машин для содействия. Когда нас стало порядка тысячи человек или около того, мы смогли передвинуть бедное животное с сомкнутыми ногами обратно в загон, из которого оно сбежало.

И вот, два часа спустя, ко мне наведалась полиция с известием, что она опять убежала, на этот раз с своим дружком Эдди. В этот раз на так называемую дорогу «А» — по сути, гоночный трек для мотоциклов.

С помощью большей части населения южной Англии и военной поддержки с воздуха, их отогнали назад в поле, и в этот раз я намеревался обнаружить маршрут, которым они убегают. И это было сущим адом. Я осмотрел изгородь на присутствие дыр. Я смотрел под их печью. Я смотрел под их гимнастическим конем. Я даже проверил их спальные места на наличие отсутствующих дощечек в деревянном настиле. Но там ничего не было, поэтому я пришел к выводу, что они каким-то образом переместились по воздуху. Возможно, построили планер.

Это другая моя характерная особенность. Как и многие мужчины, я никогда не могу найти того, что ищу, даже если буду смотреть на эту вещь в упор. Я полагаю, что молоко в холодильнике невидимо для мужского взора. И, как оказалось, большие грязные отверстия в заборе.

Одного я искренне не понимаю. Когда плотник в восемнадцатом веке сколачивал вместе два маленькие деревяшки красного дерева, он вполне оправданно мог ожидать, что они останутся скрепленными до конца веков. А современные ограды, соединенные огромными 15-сантиметровыми гвоздями, разваливаются на части, каждая сама по себе, с интервалом в 15 минут.

Почему так происходит? И что делать, когда это происходит в нерабочее для банков воскресенье? Звонить и просить оказать услугу не представлялось возможным, а это означало, что придется чинить эту чертовщину самому. И как я выяснил, для этого понадобится пара гвоздей и инструмент богов — молоток.

Удивительно, но единственный молоток в моем доме представлял из себя маленькую штукенцию яркой расцветки, которой Джейн Остин наверняка прибивала картинку с Маленьким лордом Фаунтлероем к спинке кровати. Поэтому, я решил использовать приклад моего АК-47.

Вы когда-нибудь пытались сколотить две части заборного столба? Это фактически невозможно. Поначалу гвоздь идет хорошо, но потом, когда увеличиваешь темп и силу удара, он гнется посередине, а это никуда не годится. Когда гвоздь погнут, его больше не загнать прямо. Нужно начинать сначала.

Я начинал сначала много тысяч раз, пока, в конечном итоге, гвоздь не прошел сквозь первую деревяшку и уже был готов продырявить стойку. Которая, пожалуй стоит объяснить, была цельной и торчала из бетона. Наверное вы представили, что она непрогибаемая. Но она гнулась. Каждый раз, когда я ударял по гвоздю своим АК, стойка отпружинивала обратно, пока не выпала.

Расстояния, которого хватало пролезть отчаянной ослихе, теперь хватало для обычного военного танка.

Я не тот человек, который закатывает истерику или выпускает гнев, но с наступлением темноты, я был близок к этому. И это подводит меня к основной мысли этого утреннего послания.

В старые времена друзья бы посмеялись над моей безнадежностью. Они бы повеселились над моей неспособностью забить гвоздь в деревяшку. Это было бы занятно. Но в сегодняшнее время нам больше нельзя смеяться над неполноценными людьми.

Если у ребенка выявлена неспособность к чтению, ему больше не одевают дурацкий колпак главного ленивца класса. Вместо этого ему дают дополнительное время на контрольных. Это еще не все. На прошлой неделе я услышал, что если у ребенка повышенная активность, его не шлепают по попе. Если у ребенка повышенная активность, в парке аттракционов «Thorpe Park» его пропускают без очереди.

Мы живем в такое время, когда игровые площадки открыты для всех: когда богатых и привилегированных выгоняют из университетов, слабым и рыжим подают руку помощи при каждой возможности. И ничего не делается, чтобы помогать таким людям, как я. Криворуким.

Вы, читатели этой колонки, способны прочистить сточные трубы. А я нет. Вы умеете ремонтировать свою газонокосилку. Я нет. Вы можете забить гвозди в деревяшку и, тем самым, починить свой забор.

Закончилось все тем, что я поставил машину поперек бреши в заборе, до тех пор, пока не найду мастера. И теперь лошади трутся своими задницами об мой Mercedes.

Вы не думаете, в таком случае, что если мы собираемся жить в мире, где законы сглаживают все слабости и недостатки, это должно распространяться на всех? В поистине справедливом обществе, я считаю, прочищать трубы и ремонтировать заборы мне должны бесплатно. Или я что-то понимаю не так?

Оригинальная статья: «Jeremy Clarkson: Not fair – donkeys get all the breaks» (timesonline.co.uk)

Несчастный случай — это то, что по своей природе нельзя предотвратить. Но никто этого не понимает. А это значит, что без каски теперь никуда.

Еще зимой, когда пришли снега и по радио передавали, что Британия оказалась в плену ледяного хаоса, 40-летний Саймон Льюингтон решил прокатить своего сына, привязав санки к своему пикапу.

К несчастью, он прокатил его прямо напротив полицейского участка, и вот, в прошлом месяце, мистер Льюингтон предстал перед судом, где судья огласил приговор о содержании под стражей. Простите, что? В тюрьму? За то, что покатал своего мальчика на санках? Не быстрее 10 км/ч? Вот уж действительно странные времена.

И это еще не все. В тот же самый день, что я прочитал о мистере Льюингтоне — который, как по мне, должен носить титул «Отец года» — я услышал, что полицейским Борнмута выдали мудреные лазерные пушки для отлова велосипедистов, превышающих скорость на побережье.

Вероятно, им не разрешено ехать быстрее 15 км/ч, но предъявить обвинение им не получится, поскольку велосипеды не оборудованы спидометрами, а значит человек не знает, что нарушает закон. Хммм. Следовательно, покупка лазерных пушек смахивает на спускание денег налогоплательщиков в трубу. И это не говоря про пустую трату времени самих полицейских.

Позвольте привести вам еще один пример. Одна моя знакомая недавно загружала в свою машину разными бытовыми предметами, когда инспектор дорожного движения, или служитель парковочных мест, как мы должны теперь их называть, начала выписывать ей штраф. Моя знакомая попыталась растопить сердце парковщицы, объяснив, что она в принципе не смогла бы дотащить морозильную камеру до ближайшей официальной парковки, а здесь она бы управилась за минуту.

Но, конечно, у парковщиков нет сердец, штраф был выписан, и знакомая обозвала ее большой, толстой и еще одним самым плохим словом на свете. Вполне заслуженно, скажете вы. Мы оплачиваем их жалование. Значит они, грубо говоря, наши слуги, и нам должно быть позволено называть их как только вздумается, если ведут они себя глупо и неразумно.

Похоже, что нет. Потому что позже тем днем к моей знакомой пришли двое офицеров, которые предъявили ей штраф за грубость в размере 80 фунтов с оплатой на месте. Но ведь это была не грубость. Парковщица была большой. Она была толстой. И если она собиралась выписать кому-то штраф за погрузку в свою машину холодильник, значит она вдобавок и то самое худшее слово на свете.

И тем не менее, почему оскорбление должностных лиц считается нарушением закона? В таком случае, вам нельзя будет назвать идиота из Шотландии и слепого на один глаз «одноглазым шотландским идиотом».

Я работаю на BBC, и когда я говорю или делаю что-нибудь, с чем вы несогласны, вы вольны написать мне и высказать все, что придет вам в голову. Если же я буду звонить в полицию каждый раз, когда меня обзывают худшим словом на свете, British Telecom подарит мне переносные часы, как самому постоянному клиенту.

Меня беспокоит то, что государство совершенно вышло из-под контроля. Навязывают любые законы, которые они видят подходящими, а потом дубасят любого, кто посмеет даже возразить. Недавно я слышал, что они размышляли над тем, чтобы приравнять отрицание глобального потепления преступлением.

Дело в том, что когда мне было 17, я часто катался на санях позади машин, и отнюдь не на со скоростью 10 км/ч. Однажды мы с друзьями делали так на трассе M6 на скорости 80 км/ч. И никто из нас не погиб даже на чуточку.

Еще я ехал на велосипеде на огромной скорости по Бертону-на-Тренте, где многие местные ходят пьяными от местного пива. И насколько я знаю, в результате ни я, ни кто-то другой не погиб.

На самом деле, у меня попросту здесь нет места, чтобы перечислить все те забавы, что я вытворял в детстве, и которые запрещены сегодня. Воровство серной кислоты из кабинета химии для оживления водных сражений с приятелями, езда со скоростью 110 км/ч на огороженных конусами участках автострады, игра в «каштаны», плаванье на байдарке по сливным трубам электростанции, разведение костров в лесу, кража фруктов из чужих садов… и не только яблок и ревеня. Как-то раз я стырил одежду монахини.

Еще я помню, как первый раз перевернулся карт. Боже, как это было весело, мчаться по заброшенному складу. И веселье продолжалось до тех пор, пока один из парней из другой команды не перевернулся прямо перед нами. И не загорелся.

Было большое пламя и он сильно обгорел, а еще был чертовски храбрый парень, который пытался сбить это пламя голыми руками.

Можно ли было избежать этот несчастный случай? Несомненно. Карт мог быть оборудован защитной полосой вокруг колес для уменьшения вероятности опрокидывания. Топливная система могла состоять не из мятых бутылок. Водителя могли заставить надеть комбинезон Nomex, а не джинсы и футболку.

Или, если продолжать в том же духе, этот вид спорта можно было просто запретить.

В этом и заключается проблема. Если вы делаете что-нибудь, у вас есть шанс, неважно сколько мер предосторожности вы соблюдаете, больше никогда этим не заниматься. Несчастный случай — это то, что по своей природе нельзя предотвратить.

Но никто этого не понимает. А это значит, что теперь никуда без поручней, и светоотражающих жилетов, и каски, и ботинок со стальными носком, и сигнальщиков, и средств защиты органов слуха, и защитных полос, и гуделок, и пищалок, и предупреждений, и оповещений, и предписаний, а это значит, что сейчас уже ничто не сравнится с тем весельем, которое можно было испытать от сборки тележки из кусков старой лодки и спуска с крутого склона.

Многие люди винят здравоохранение и безопасность за то, что прошли те славные деньки, когда мы были свободными. Но это, на самом деле, как пристрелить гонца, принесшего плохую весть. Давайте не будем забывать, что люди из здравоохранения и безопасности со своими планшетками для бумаг и аденоидами и ужасными ботинками работают на компании для проверки и исключения рисков, чтобы эти самые компании могли ответить судье, если кто-то пострадал и засудил их, что они предприняли все меры предосторожности.

Поэтому это не вина компаний. Они не хотят раскошеливаться каждый раз, как кто-нибудь спотыкается об плиту дорожного покрытия. И не парней из здравоохранения и безопасности, которые просто выполняют то, что им скажут. Нет. В этом повинна система. Вся эта чертовщина от начала и до конца. Культура, которая требует, чтобы пострадавший мог засудить кого-нибудь, а если он этого не сделает, тогда вступится государство и выдвинет обвинение. Которое удовлетворят, если только компания со скамьи подсудимых не укажет своему работнику на человека в светоотражающем жилете.

Буквально на прошлой неделе, во время съемок Top Gear, машина, которую я тестировал, попала в ужасную аварию. Больше я ничего не скажу, потому что вы еще не видели этот сюжет, а я не хочу испортить сюрприз. Как бы там ни было, продолжать съемку было бы глупо. Повсюду валялись разодранные куски металла и стоял пугающий запах горючего. Каждый представитель безопасности и здравоохранения в мире сказал бы мне, чтобы я отошел от машины и поехал домой.

Но если бы я сделал это, съемку пришлось бы отменить, и тысячи фунтов лицензионных платежей телезрителей были бы потрачены в никуда. Так что я сел и поехал… в мир, где есть только боль и фонтаны крови. Я мог бы подать в суд. Но я не буду этого делать. Это не по-джентльменски. И не в духе Top Gear.

И если кто-нибудь захочет обозвать меня худшим словом на свете, не стесняйтесь. Я буду у себя в паддоке, обучать свою 10-летнюю дочь торможению с ручником, на ее стодолларовой Ford Fiesta.

Оригинальная статья: «Clarkson on: the system» (topgear.com)

Та самая футболка Джереми со словом «CUNT»

В жизни мужчины наступает момент, когда он больше не может носить футболки. Достаточно взглянуть на страдающего ожирением американского туриста, перекатывающегося с места на место и походящего на Винни-Пуха, чтобы согласиться с тем, что я прав. С тем, что футболки годятся для школьников на время «дня спортивных состязаний». Но не для всего прочего.

Как только начинает себя проявлять малейший намек на живот, ничто не выглядит так же по-идиотски, как футболка. Если вы, как и я, обладаете тем, что можно сравнить с перекачанным резиновым шаром для фитнеса, вы знаете, что нельзя выглядеть более глупо, нежели в футболке, даже если собираетесь выйти на прогулку в водолазном костюме.

Единственная вещь на свете ужаснее мужчины средних лет в футболке — это мужчина средних лет в футболке, заправленной в штаны. А единственная вещь на свете ужаснее мужчины средних лет в футболке, заправленной в штаны — это мужчина средних лет в черной футболке, заправленной в штаны.

Черные футболки носит технический персонал гастролирующих групп, чтобы их не было видно, пока те ходят по сцене во время концерта, настраивая очередную гитару или оттаскивая барабанщика, свалившегося со стула от передозировки кокаином.

С этим все нормально. Но есть еще одна группа людей, носящяя черные футболки. Они известны как «немецкие педофилы», а это совсем ненормально. Ах да, и Саймон Кауэлл — задумайтесь об этом.

Еще есть розовые футболки, которые носят преимущественно для того, чтобы сообщить всем, что вы уверены на счет своей сексуальной ориентации настолько, что можете делать все, что захотите. К сожалению, проблема с этим розовыми футболками в том, что вы совершенно не выглядите в ней уверенными. Вы выглядите, как гомосексуалист, ищущий партнера. Что нормально, если так и есть. Но раздражает, если вы просто пошли за покупками.

Еще я должен заметить, что футболки совершенно, совершенно не годятся, если стоят недорого. Потому что после первой стирки они выглядят, как ночнушка типичного обитателя многоэтажного жилого дома. И они не годятся в библейском смысле, если ходить с лозунгом движения за ядерное разоружение на груди. Особенно, если ваш папа — президент Соединенных Штатов Америки.

Однако худшее, что может быть у вас на футболке — это географическое название, особенно экзотически звучащее и находящееся очень, очень далеко от вас в данный момент. Вы должно быть замечали это. Если вы находитесь на Барбадосе, то видите, что никто не носит футболки с упоминанием Барбадоса на груди. Это делают где угодно, но не здесь. Вот почему когда я в отпуске, меня можно застать на пляже в майке с надписью «Уэйкфилд».

И это подводит меня к рассказу о новшестве в мире футболок. Смешные надписи. На прошлой неделе я видел одного крупного парня, который трясся передо мной, идя по улице. На нем была надета коричневая футболка, которая, как мы знаем, обычно выдает фаната Формулы-1. Думаю, вы меня поняли. Так вот, как и следовало ожидать, я попятился прочь, пока не заметил надпись, гласящую:

«Толстых людей сложнее похитить». Это меня рассмешило. От этого он улыбнулся, и в это мгновение мир стал чуточку добрее.

Я рассказал об этом своей семье и теперь они заваливают меня этими «забавными» футболками. У меня есть одна, на которой объединены обложка сингла God Save the Queen группы Sex Pistols и классика от Jilted John. Соответственно, она гласит: «Гордон такой придурок». Есть еще одна, которая гласит: «Я люблю животных. Они такие вкусные».

Мне надо быть поосторожнее с последней, потому что обычно она не делает мир дружелюбнее. Она заставляет тонкогубых женщин исходиться тирадами о мясе и животных, а через некоторое время неминуемо о том, почему пенис — причина всех зол.

Однако, обе эти футболки меркнут перед той, что жена мне привезла в качестве подарка с ее трехдневного уик-энда в Гластонбери. Она серого цвета, что допустимо, и на ней большими буквами написано «*****».

На самом деле, написано совсем не это. Но я не могу упоминать здесь то, что на ней написано на самом деле, а написано там самое плохое слово на свете.

Мне очень понравилась моя новая футболка. Так понравилась, что на прошлой неделе я посетил в ней репетиционный прогон передачи Top Gear, где всем она тоже очень понравилась.

Но через некоторое время, как это обычно бывает, уже каждый посмотрел на нее, каждый посмеялся и каждый спросил, где можно раздобыть такую. Так что вскоре шутка затерялась в пустыне привычности. Именно поэтому, позже тем днем, когда ко мне подошла группа японцев, я не вспомнил про свою надпись.

Как оказалось, они были из компании, которая выпускает невероятную гоночную игру Gran Turismo, и они приехали в Англию составить план тестового трека Top Gear, чтобы включить его в следующую, еще более реалистичную версию. Конечно, это было важно, чтобы я встретился с их боссом.

Естественно, было много поклонов, море любезностей и вручение визиток из двух рук. На самом деле, я не дал ему свою визитку, потому что у меня нет своего бизнеса. И визитки нет. Но я нашел одну в своем кармане — визитку Дэвида Линли, изготовителя мебели, как ни странно — и отдал ему. Но это было не важно. Он не говорил по-английски. Никто из них не говорил по-английски. Вот поэтому их не смутила моя футболка.

Но потом, также неминуемо, появились камеры. Обильные махания руками подразумевали, что они хотели, чтобы я попозировал с их «главным», и конечно, я согласился. Было бы невежливо им отказать. Но, как оказалось, не настолько невежливо, как появиться в рекламных материалах компании в футболке с самым плохим словом на свете. А так все и произошло.

Поэтому, я хочу воспользоваться положением, чтобы извиниться перед тем мужчиной, перед компанией, которую он возглавляет, и перед всеми оскорбленными детьми мира и жителями Японии. Пласу пласения.

Оригинальная статья: «Just one word and my T-shirt offends the whole of Japan» (timesonline.co.uk)

Утонченность свойственна книгам. Ты можешь взять и перечитать отрывок, чтобы прочувствовать неявное, все эти скрытые смыслы и косвенные намеки. Однако, это не работает с таким бум-бах-тарарах шоу, как Top Gear, и вот поэтому почти никто не осознал значимости последнего в 2008-м году обзора Джеймса Мэя про работающую на водороде Honda Clarity.

Вы могли подумать, что он как-то чересчур серьезен — вы просто не видели 45-минутное техническое разъяснение, которое планировал Джеймс. Еще вы могли удивиться, к чему бы это нам завершать передачу, в которой были прыжки с домом на колесах, история аварий в гонках класса Touring Car, Ричард в странной шапке и я, влюбленный в Уилла Янга, этим честным и суховатым взглядом на Clarity.

Все просто. Мы пытались быть утонченными. Мы пытались показать, что это самый важный автомобиль со времен изобретения автомобиля. Вот так, одним выстрелом, Honda убила сразу две проблемы, с которым столкнулось современное общество. Она отвечает на вопрос, что мы будем делать, когда закончится вся нефть, и заставляет заткнуться тех, кто пытается убедить нас, что машины растапливают ледники. Если кратко, и без всех этих тонкостей, появление Clarity подразумевает, что теперь мы можем спать спокойно.

Более того, поскольку она выделяет из своей выхлопной трубы лишь воду, на свете нет ни одной причины, почему не стоит подключить ее к своему дому в ночное время и использовать ее двигатель, чтобы запитать все ваши электроприборы. Абсолютно все. Даже если вы живете во дворце. Это, как мы думаем, действительно решение всех проблем.

К несчастью, производство водорода очень сложно. В настоящий момент нет действующей инфраструктуры по его транспортировке и продаже. А Clarity, будем откровенны, это только начало, Бытие. Нам предстоит пройти через Исход, Второзаконие, Числа и весь Ветхий Завет, прежде чем мы сможем купить и ездить на нем в реальной жизни и по реальной цене, здесь, в Уэйкфилде.

Обычно, эти проблемы решаются с помощью денег. Но единственной вещи, которой сейчас нет у автомобильной промышленности, это как раз деньги. И не то чтобы они найдутся у них в ближайшем будущем. Другие промышленности? Сложно вспомнить подходящую. Нефтяным компаниям, пока я пишу эти строки, кое-как удается продавать свое жидкое золото по $50 за баррель. И если кто-нибудь еще почувствует желание вложиться в это дело, он столкнется с банками, отказывающими в займе. Теперь вкратце, и уже совсем без премудростей, деньги — это единственное, чего у мира сейчас нет.

И скорее всего автопроизводители сделают выбор в пользу более легкого и дешевого производства идиотских гибридных машин, как Prius например, про который все разумные люди могут сказать, что это не более, чем запутанный способ заставить людей думать, будто они помогают миру. Мы, как посетители автомобильных сайтов, знаем, что ничего такого они не делают. Гибридные авто энергозатратны в производстве и опасны для окружающей среды после попадания на свалку. А между этим, в лучшем случае, они расходуют 6,2 литра на 100 км.

Производить гибриды, чтобы отсрочить катастрофу, это как заклеить разбитое стекло полиэтиленом. Да, в комнате снова станет уютно и тепло, но вас все равно ограбят. Вам нужно чем-то заполнить пустое пространство? Вам нужен водород? Но это же дорого. И у вас нет денег. У вас их не будет до тех пор, пока люди не начнут снова покупать вашу продукцию. А они не начнут, поскольку у них тоже нет денег. А если бы и были, они не стали бы их тратить, потому что Daily Mail назовет эти машины снобскими и очень нелепыми, а еще добавит, что они вызывают у женщин рак груди.

Поэтому я опасаюсь, что в ближайшее время не будет никакого огромного скачка вперед. Никакой революции. Гибридные авто по-прежнему будут покупать облапошенные дураки, Clarity по-прежнему будет изредка встречаться только на дорогах Калифорнии, и автомобиль, каким мы его знаем, будет настойчиво противостоять внесению каких-либо изменений.

Зато я верю, что машины станут более скучными. Последние пару лет почти каждую неделю нам звонил какой-нибудь парень и сообщал, что построил машину высотой в 5 сантиметров, стоимостью 8 миллионов фунтов и с двигателем V48, и не мог бы Стиг опробовать ее на треке.

«Вдали от просторного тестового полигона Top Gear, водить Fiat 500 куда веселее, чем Zonda»

У нас с вами есть Aston Martin с техникой ценообразования «Придумай число и умножь его на два». У нас есть Lambo и Porsche, занятые над разработкой фантастически дорогих 4-дверных суперкаров. У нас есть Mercedes, выпускающий модель SL стоимостью $350,000, и BMW, вообразившая себе, что мир якобы больше всего нуждается в изумительно глупом X6. Мир уткнул свои носы в чан с едой, а автопроизводители только рады были скармливать нам нафаршированных икрой павлинов. Было весело, надо признать, но теперь этому пришел конец.

Но это отнюдь не плохо. На днях я бродил по Лондону и с удивлением обнаружил, что все эти кричащие шоу-румы на Парк Лэйн выглядели довольно-таки старомодными, располневшими и неактуальными. Тогда как красно-белый автосалон Fiat на Беркли-Сквер казался очень к месту. Мне в нем хотелось буквально все. И когда у них появится 500 Abarth, который, как я слышал, в скором будущем обзаведется движком в 200 л.с., вполне возможно я зайду туда и что-нибудь прикуплю.

Это будет трюк, который автопроизводители обязаны провернуть, и они это сделают. Они возьмут свои обыденные Panda и, сделав пару мазков краской здесь и пройдясь кисточкой дизайнера там, сделают их куда более желанными.

Открою вам маленький секрет. В реальном мире, вдали от просторного тестового полигона Top Gear, водить Fiat 500 куда веселее, чем Zonda. Zonda соберет вокруг себя толпу мужиков, но на неровных дорогах вы будете просто сиять улыбкой, сидя в Fiat, я обещаю. Или в Mini. Или в Fiesta, малышке от Ford, если они смогут довести ее до ума.

В недалеком будущем такие машины станут пристанищем для увлеченных водителей, прямо как в начале 80-х, когда люди продавали свои Gordon-Keeble и Bentley, чтобы купить Golf GTi. И вместо того, чтобы мечтать о том дне, когда вы сможете позволить себе Gallardo или Scuderia, вы приопустите свои желания до уровня новой BMW Z4, например.

Она, как мне кажется, подходит сегодняшнему дню настолько, насколько плох в этом X6. Двенадцать месяцев назад, что почти равнозначно 19-му веку, Z4 была безнадежна. Слабые продажи обусловлены необычным дизайном машины, что скорее всего, так оно и есть, но я полагаю, что главной причиной была ее низкая цена. Покупатели приходили в автосалон за «четверкой», а выезжали оттуда на «шестерке». А почему бы и нет?

Новая модель обладает такими же замечательными пропорциями, как и старая, правда без всей этой эксцентричности. Она очень красива. Еще у нее есть металлическая складная крыша. И конечно, это BMW, что хорошо в сегодняшние дни, потому что вся петушня пересела на Audi TT.

Странно, не правда ли? Изменения в Z4 приятны, но они не играют большой роли в общей картине. Их можно отнести к тонкостям. На самом деле, она осталась прежней, но мир вокруг изменился. Мы мечтали о том, чтобы переспать с супермоделью, а сейчас мы как бы повзрослели и осознали, что лучше мечтать о том, как бы затащить в постель соседскую девчонку.

Два года назад мы отвергли Z4 из-за ее занудности. Теперь же… я хочу ее.

Оригинальная статья: «Clarkson on the future» (topgear.com)

Из-за того, как здесь на BBC все интересно устроено, я пишу эти строки за пару недель до того, как вы их прочтете, поэтому я совершенно без понятия, в каком состоянии будет мировая финансовая система. Но думаю, что ничего хорошего. И могу поспорить, что до завершения проблем еще очень и очень далеко. Наверное, сейчас вы уставились на свою золотую рыбку и думаете, какая она на вкус…

Очень необычно осознавать, что всего за пару недель Lehman Brothers, AIG, Bradford & Bingley, Washington Mutual, Nothern Rock и Fortis, как и два банка в Бельгии, один в Германии и один в Исландии, обанкротились, либо достались в руки коммунистам.

Если вам восемь лет и вы не понимаете о чем идет речь, то представьте: проснувшись однажды утром, вы обнаруживаете, что Toyota, Volkswagen, General Motors, Mercedes и Renault — все они обанкротились. И я почти уверен, что так все и произойдет. Наравне с другими компаниями, правительствами и людьми всего мира.

Проблема предельно проста. В течение последних пары лет почти все банки выдавали больше ссуд, чем у них было денег на самом деле. Они жили в вымышленном мире, где могли взять сто фунтов под три процента, а сами выдать их под пять. Они должны были знать, что в один прекрасный день вся эта колода карт обвалится, что по сути и произошло, когда какой-то мексиканец проснулся однажды утром и подумал: «Черт. Я больше не могу оплачивать свою ипотеку».

В итоге банки, пытающиеся остаться на плаву, с большой неохотой выдают кому-либо кредит. Поэтому, когда у керамического завода из Стоука возникнут проблемы, руководство не сможет их преодолеть. Они банкрот. Это значит, что их рабочие будут уволены, и они не смогут платить по ипотеке. Это значит, что их дома перейдут во владения банков, которые будут вынуждены продавать их по 50 пенсов. Потому что нет спроса. Это еще больше заставит банки отвечать отказом на прошения о кредитах, и все мы окажемся в бесконечном водовороте кризиса, упадка, преступлений, террора и разногласий. Только Джеймс Мэй останется в живых, со своей огнеупорной прической и своим чугунным гардеробом.

В ближайшие пару лет вы будете считать свиную отбивную диким излишеством декаданса. И это еще не все: ваши дети на Рождество получат уголек, и они полюбят его. Они дадут ему имя и будут играться с ним, как игрались со своими причинными местами. Пока вы не продали их, чтобы купить риса.

Это значит, что Sony не сможет больше продавать свои PlayStation, всех своих работников им придется уволить, и проблема перекинется на Японию. И на Китай. И на Индию. Спасибо ленивому мексиканцу, который взял полмиллиона на покупку идиотского сборного дома, теперь всему миру придется расхлебывать. Вы уже потеряли свои сбережения. Скоро вы потеряете свою работу. Потом лишитесь дома, и останется единственный шанс выжить — убить почтальона и съесть его.

В итоге, никто не будет покупать новые диваны в кредит в ближайшее время, отчасти потому, что уже не будет никаких кредитов, и отчасти потому, что не останется производителей диванов. И конечно, раз вы не сможете взять кредит на два куска кожи и некое количество легковоспламеняемого поролона, то совершенно точно, что и шанса получить кредит на новую машину не будет. Вот поэтому и нужно помахать ручкой Volkswagen, General Motors, Toyota и Renault. Ferrari? Могу поспорить, что их уже расформировали.

Проблема предельно проста. В течение последних пары лет почти все банки выдавали больше ссуд, чем у них было денег на самом деле. Они должны были знать, что в один прекрасный день вся эта колода карт обвалится

Смотрели «28 Дней Спустя»? Фильм, в котором чума истребляет всех людей и, на удивление, избавляет планету от присутствия машин. Именно так и будут выглядеть улицы. Это будет полное опустошение, за исключением парочки ликующих эко-хиппи, наконец добившихся-таки своих требований.

И, конечно же, вы считаете, что правительства стран не позволят довести ситуацию до такого состояния. Вы в этом уверены? Потому что, пока я пишу эти строки, задолженность исландского банка в шесть раз превышает ВВП всей страны. Потом Ирландия, где всем обладателям депозитных счетов в банках гарантировали их сохранность, но даже этот катастрофический сбой системы обеспечит их долговыми векселями на сумму в три раза большую, чем годовой доход всей страны.

Конечно, правительства могут решить проблему, повысив налоги, но какой в этом смысл, если все потеряли работу и не оплачивают их все равно? Или они могут напечатать больше денег, что приведет к огромной инфляции. Буханка хлеба будет стоить 8,000 квинтильонов фунтов, поэтому те 8,000 фунтов накоплений, что вы взяли из банка в последние дни его платежеспособности, и спрятанные под лестницей, не помогут вам купить даже скрепку для бумаги, не говоря уже о VW Polo. А у Nissan это будет последняя машина с буквой Z в названии, привет Зимбабве.

Это приведет к тому, что большинству государств придется брать наличные деньги взаймы, и они не смогут их потом вернуть. Поэтому, они разорятся тоже. Это значит, что армия не получит своих денег, и когда начнется гражданское неповиновение — а оно начнется, когда съедят всех почтальонов — никто не будет наводить порядок.

И конечно, поскольку все останутся без денег, никто не будет закупать нефть, что приведет к большим давлениям в Ираке, которые обернутся кровавой баней, когда в драку ввяжутся все страны Ближнего Востока, а Запад будет не в состоянии их остановить, потому что Америка уже будет сушить сухари, а Сара Пэйлин вернется на Аляску, где будет поджигать медведей, чтобы согреться. И запомните, все это из-за того, что один мексиканец предпочел заправить свой пикап, нежели заплатить по своей чертовой ипотеке.

Все школы будут закрыты, а единственные люди, которые останутся в живых в Британии — это те, у кого во владении есть свиньи, овцы и овощные грядки. И пушки, потому что ночью люди без перечисленного выше добра попытаются украсть его у вас. Очень вероятно, что вы погибнете, защищая свою капусту.

Единственное решение, которое я сейчас вижу — это незамедлительно и нещадно разбомбить всю Мексику. Это будет не только наказанием за их небрежное ведение финансов, но и напоминанием на будущее всем тем, кто будет думать так: «Да ну, не хочу я платить по своей ипотеке. Лучше куплю себе конфетки». Еще можно пристрелить парочку банкиров, чтобы закрепить мораль.

Конечно, возможно будет так, и я этого не отрицаю, что когда вы будете это читать, все рассосется само. Уровень инфляции низкий, Mercedes нуждается в работниках, чтобы справиться со спросом на S-класс, эко-хиппи возвращаются в свои картонные коробки и пишут жалкие пресс-релизы про приближаемый изменением климата Армагеддон, а ваши дети получат на Рождество стеганую сумку Bentley для ноутбука. В этом случае я могу только извиниться и, спасибо за это уникальному механизму работы BBC, сослаться на то, что я был не в курсе.

N.B. Я признателен парню по имени П.Числетт из Дувра, что недалеко от Франции, за то что послал мне Правила Дорожного Движения и записку с посланием: «Ссылаясь на вашу «позицию в Top Gear», я думаю, что вам не помешало бы это прочесть».

Мистер Числетт, к сожалению, я это уже читал, и там много абсурда и фактических неточностей. Тормозные пути, например: какой машиной они это замеряли? Ford Anglia?

Иногда так и хочется выбежать в поле и прокричаться. Партия Зеленых проводит свою ежегодную конференцию в Школе Восточных и Африканских Учений в Лондоне, и не потому, что это удобное или особо экологичное здание. Нет. Всего лишь потому, что в его названии есть слово «Африканский».

Еще Зеленые требуют внести законопроект, который бы принуждал телекомпании показывать их политические трансляции. Боже милостивый. Да я бы лучше смотрел «Hollyoaks», чем этих типов с их бесформенными толстовками и честными улыбками.

Потом правительство. Вы знаете, что с тех пор, как Лейбористская партия пришла к власти в 1997 году, они представили 3,605 новых законов? Это почти один закон в день. В результате, вы больше не имеете права пустить в дело пачку яиц, пока не получите разрешение от уполномоченного офицера. Как и не имеете права продать пернатую дичь, подстреленную в Рождество.

Пока у них хорошо получается давать нам ненужные указания, они понятия не имеют, что делать со всем остальным. Возьмем транспорт для примера. Гордон Браун хочет, чтобы к этой среде мы все пересели на электромобили, вот только знает ли он, где достать необходимое для этого электричество? Знает, черт побери.

Половина его Зеленых партийцев сидит на трубах всех электростанций в стране, а другая половина на деревьях, где он планирует построить еще парочку. Атомная энергия? Да, он к ней неравнодушен. Но, к несчастью, вопреки утверждениям его безумного предшественника, что три самые важные вещи для страны — это «обучение, обучение и еще раз обучение», для этого не было сделано ровным счетом ничего. Сегодня в Британии число людей, способных спроектировать и построить атомную электростанцию, равняется нулю.

В результате, нам приходится обращаться к французам, которые ведут себя, как солдаты-лягушатники из «Монти Пайтона и священного Грааля». Вдоволь похихикав и заверив господина Брауна, что с радостью помогут построить его новую электростанцию, вряд ли они сделают это в ближайшие 400 лет, так как помогают строить их тем странам, с которыми они в хороших отношениях.

И пока наши политики в замешательстве издают слабоумные звуки, а цены на топливо продолжают взмывать к небесам, словно пытаясь побить какой-то рекорд высоты, все жители страны оказались перед простым выбором. Потратить недельный заработок на пинту топлива для машины, или на пиццу на ужин для своих детишек?

Потом какое-то маленькое самоуверенное ничтожество в прошлом месяце бросилось в спор, удивляясь при этом, почему спрос на дорогую органическую еду упал на 19 процентов. Давайте-ка подумаем…

Потому что у людей нет денег, идиот. Когда твой дом ничего не стоит, за еду просят дороже золота, и ты сталкиваешься с сокращением рабочих мест и бензином по миллиону фунтов за галлон, тебе вряд ли захочется потратить тысячу фунтов на какой-то сушеный гриб, чтобы у белых медведей было больше места для игр.

Единственное место, где я бы хотел видеть белого медведя — у себя на костре. С Кэмерон Диас впридачу.

Меня не волнует уровень загрязнения углекислым газом атмосферы, меня не волнует генетически модифицированный урожай, и будут ли Олимпийские игры наносить ущерб окружающей среде, или нет. Меня не волнуют киты и тасманские древесные лягушки. Потому что единственное, что действительно важно — это как люди без проблем будут добираться до работы и обратно, чтобы зарабатывать деньги, которые можно потратить на еду и на отопление. Конец…

Как вы знаете, я не любитель мотоциклов. Меня не тянет надевать кожаный комбинезон. Я не в восторге от перспективы, что моя селезенка достанется кому-то, кого я не знаю.

На самом деле не конец, потому что сейчас мы переместимся с вами в Ханой, столицу Вьетнама. Это 57-ая страна в списке самых бедных государств. Средняя зарплата $1,000 в год. Люди проживают в одной комнате со своими же свиньями и буйволами. Это как раз то место, куда приезжают идиотские благодетели, чтобы научить местных западному пути развития.

Как бы это ни было странно, я думаю, лучше бы нам научиться кое-чему у них.

Видите-ли, не смотря на то, что население Вьетнама составляет 86 миллионов, пригодная для жизни территория не превышает размеры Люксембурга, а в стране всего пара дорог, вы никогда не увидите то, что мы называем дорожными пробками. Потому что во Вьетнаме почти нет машин. Зато есть 20 миллионов мотоциклов. И это число увеличивается на 3,6 миллионов каждый год.

Как вы знаете, я не любитель мотоциклов. Меня не тянет надевать кожаный комбинезон. Я не в восторге от перспективы, что из-за чей-то лужи дизеля на дороге моя селезенка достанется кому-то, кого я не знаю. И мне не хочется разгоняться с нуля до сотни за две секунды на штуковине, которая не может стоять сама по себе, и которая достойно не перенесет встречу с маленькой выбоиной.

Тем не менее, мотоциклы во Вьетнаме — не те R1 и Fireblade, к которым мы привыкли. Они маленькие, по большей части это модель 125s, из которых никто не пытается выжать максимальную скорость, потому что с заработной платой в $1,000 в год ты просто не можешь себе позволить такое веселье.

Нет. Мотоцикл — это рабочий инструмент. Устройство, которое перевозит тебя, твою семью и твою скотину до рынка. Я не шучу. Там ты постоянно становишься свидетелем, как люди трясутся по дороге на Honda Dream с живой коровой позади. Они даже продаются, как семейные седаны, и на них едет сразу пять человек. Мама, папа, двое детишек (столько позволено иметь детей) и дед сзади.

Еще это грузовой транспорт. Нужно перевезти 15-метровую трубу? Позовите владельца Dream. Нужно переправить холодильник в дом к приятелю? Позовите владельца Dream. Нет ничего такого, что нельзя было бы приладить сзади к Хонде.

Звучит как нелепица, но это разрешено не всем. Есть правила. Если тебе больше семи лет, ты должен надеть на голову защиту, но в правилах не говорится, какую именно. Поэтому сгодится все. Цветочные горшки. Бейсбольные фуражки. Чайники. Все, что остановит полисмена выписать вам штраф в размере $2.

К несчастью, из-за такой защиты головы, количество несчастных случаев достаточно велико. В неделю расшибается примерно 15 человек. Но не смотря на количество мотоциклов в стране, никаких пробок не наблюдается.

Вот как, например, работает «Кодекс зелёного креста». Намереваясь остановиться у тротуара, вы подъезжаете к нему, не смотря по сторонам. До тех пор, пока вы не разгонитесь или не остановитесь, вас никто не собьет. Мотоциклисты просто-напросто огибают вас, словно вы камень в горном ручейке.

На участке с круговым движением вы выезжаете из него, когда вам потребуется. А если вам неудобно ехать справа — не парьтесь. Езжайте по левой стороне. Когда идет дождь, причем сильный, и длится это месяцами, вы просто напяливаете прозрачный лист пластмасски поверх своего цветочного горшка из Burberry и едете дальше, как ни в чем не бывало. Автобусы? Не стоит беспокоиться, во всей стране их три штуки.

Предельно ясно, что эта система работает. Даже мой 12-летний сын осознал это сам. «В Лондоне нужно сделать так же» — сказал он. К сожалению, ему всего 12, и это не дает ему права быть министром транспорта в Британии.

Забавно то, что Вьетнам — коммунистическая страна, и они поняли, что общественный транспорт никак не может быть альтернативой частному транспорту. Поэтому они строят все больше заводов для производства все большего количества мотоциклов. Мы же имеем отдельные полосы для автобусов. Потому что правительство у нас хуже коммунистов. Просто-напросто дураки.

Оригинальная заметка: «Clarkson on mopeds»
Images © BBC Magazines

Вы безмозглый, помешанный на знаменитостях заурядный человек, не умеющий водить? Значит эта колонка для вас!

Как мы знаем, скачки Королесвкий Аскот — это место, где величайшие умы Британии стряхивают пыль со своих цилиндров и собираются в присутствии Ее Величества Королевы, чтобы посмотреть на лучших в мире лошадей, соревнующихся за славу на фоне богатства, традиций и истории.

Ой нет, погодите минуточку. Похоже я застрял в другом столетии. Потому что сейчас это событие присвоила себе кучка любителей Audi с взятыми на прокат костюмами и легковоспламеняющимися женами, которые полагают, что мы сочтем их мудрыми филантропами только потому, что они здесь, курят сигары Парвеню, пьют неподходящее шампанское и переживают, что неправильно держат столовые приборы из набора для пикника. Как будто бы величайшим умам есть до этого дело.

В этом месяце на вечеринке я сидел рядом с одной женщиной, у которой были билеты на эту омерзительную встречу со всем дурным, что есть в той Британии, которая тащится от журнала Heat, и у этой женщины при себе было письмо с инструкцией по дресс-коду. Позвольте заметить одну очевидную вещь. Дресс-коды — для беспросветных тупиц. Указывая вашим гостям, во что одеваться, подразумевает что: а) вы страдаете манией величия, б) вы пригласили такое сборище тупых болванов, которые могут появиться в медвежьих шапках, если доверятся своим вкусам. Я просто-напросто не пойду на вечер, где от меня потребуется надеть костюм или галстук. Даже если мой лучший друг соберется отметить свою 40-ю годовщину маскарадной вечеринкой, то обойдется без меня.

Как бы там ни было, дресс-код для Аскота был куда более бредовый, чем я мог представить, в нем говорилось, что загар не должен вызывать испуг, и что дамам нужно надеть трусики. Какой дурак будет заботиться о том, как быдло красит себя в оранжевый? И несомненно, если там будут одни унылые люди, единственная радость, что хоть доведется поглазеть на задницы с каждым порывом ветра.

Я просто-напросто не пойду на вечер, где от меня потребуется надеть костюм или галстук

Что озадачило меня больше всего, так кто все это проверяет? «Можно ваш билет, мисс? А теперь встаньте пожалуйста на это зеркало…». Вообще-то, я подумываю ввести похожую политику для зрителей в студии Top Gear. Кстати, о них самих… Я понимаю, что чертовски сложно раздобыть билеты на съемочные дни. Люди постоянно останавливают меня на улицах и рассказывают, как пытаются попасть туда годами, и вот, в прошлом месяце в газетах появился материал, в котором говорилось, что очередь ожидания растянулась на 18 лет.

Вы можете представить, что те, кто раздобыл билеты — одержимые фанаты, страстно желающие быть частью момента, когда мы сшиваем сюжеты воедино. Мы очень на это надеемся, потому что без зрительского смеха и небольшого подшучивания над ними мы останемся с никуда не годной, занудно звучащей передачей.

Обычно, зрители у нас отличные. Но недавно — не скажу когда именно, чтобы не обидеть присутствующих там нормальных парней — мы словно оказались перед 700 животными из зоопарка. Можно было отмочить самую смешную шутку на свете, а в ответ получить угрюмые лица. Это было неприятно, и заставило меня подумать, что тысячи людей, сидвшие на работе в тот день, не смогли достать билеты, потому что их отослали в клетки заповедника Котсуолда.

Это заставило меня задуматься. Знаете, что приезжающие в Британию вскоре сталкиваются с тестом на гражданство, прежде чем получают разрешение проживать здесь? Им придется подтвердить, что они знают, что такое пи-пи, и что изнасилование хозяйки на праздничной вечеринке считается дурным тоном. И несомненно, такой тест пришелся бы к месту на Аскоте. «У вас есть RS4?». Если да, значит вы идиот, и вход вам заказан. Мы могли бы приспособить его и у нас в студии. «Что такое Mercedes?» Если считаете, что это разновидность крупы или верхушка моркови, вход вам закрыт, почти с такой же вероятностью, как если на вас надеты трусики.

Еще я думаю, что похожую систему нужно ввести на дорогах, потому что, насколько могу сказать, все важные проблемы вызваны не из-за превышения скорости, или езды с пробуксовкой по окружным. Нет, они вызваны тупыми людьми. Возьмите в качестве главного примера безрассудную парковку своих машин. Стивен Фрай не припаркует свою машину поперек чужой. Герцог Эдинбургский на будет парковаться во втором ряду на узкой улице. Стивен Хокинг не оставит свою инвалидную коляску на пути у потока машин. Потому что это умные люди, которые задумываются о последствии своих действий. А идиоты — нет.

Их мозг не способен держать кучу информации. Они думают: «Я хочу попасть туда-то, значит припаркуюсь тут». Все дальнейшие их размышления приведут к вскипанию мозга, и поэтому их нельзя пускать за руль.То же самое я думаю про людей, которые летают мимо школ. Я этого не делаю. Если вы читаете это, и у вас еще не кипит мозг, скорее всего, вы тоже. Но Джейсон в своем лимонно-зеленом Saxo думает так: «Я с телочкой. Если я буду ехать быстро, она мне даст. Во круто».

В этом отношении, они словно омары. Иначе говоря, омары — самые неразумные существа, не считая Уэйна Руни. Если бы они были размером с человека, их мозг все равно бы оставался размером с булавочную головку. Поэтому они умеют только жрать, спариваться и хватать вас за палец, когда вы опускаете их в кастрюлю с кипящей водой и лавровым листом. Вы бы выдали омару водительские права? Сомневаюсь.

Иначе говоря, омары — самые неразумные существа, не считая Уэйна Руни

Буквально сегодня утром, я ехал по шоссе A44 за человеком, двигавшимся со скоростью 50 км/ч. Может, он просто не любит скорость. А может его сильно задел топливный кризис. Две эти причины конечно оправдывают передвижение со скоростью Папы римского. Но размахивать кулаком и мигать дальним светом, когда когда тебя обгоняют, равносильно признанию, что вы парнокопытный идиот. Если бы у меня была власть, я бы отобрал его права, его машину и все его деньги, чтобы он никогда не смог купить новую. Еще бы я удалил ему яйца для уверенности, что его семя не доберется до нашего генофонда.

Тем временем, я предлагаю избавиться от теста на вождение, который лишь демонстрирует, что вы можете повернуть на повороте. Корова смогла бы сделать то же самое, если бы ее как-нибудь смогли запихнуть за руль. А в чем смысл сдачи теории? Что вы умеете пользоваться карандашом и вам везет? Ни то ни другое не поможет вам в дождь, когда темно, и вам нужно уехать из Бартона. Вместо этого я предлагаю пройти всем IQ-тест. Высокий результат означает, что кандидат достаточно умен, чтобы разобраться со всеми рычажками в машине, и как управлять ей в различных условиях.

Без понятия, какие рамки поставить, но мы установим результат, и все, кто не достигнет его, будет вынужден играть в футбол. В таком случае, не будет нужды в камерах, фиксирующих превышения скорости, или перекрываний шоссе, когда какой-нибудь идиот попадает в аварию. Разумные люди знают для чего нужно рулевое колесо и какие педали нажимать, если на их пути возникнет дерево.

По правде говоря, я бы предпочел сидеть на скачках, чем размышлять обо всем этом. Но, к сожалению, моя кожа не достаточно оранжевая.

Оригинальная заметка: Clarkson on: idiots
Images © BBC Magazines